КОНОВАЛОВ НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

Николай Васильевич Коновалов (1900–1966)

Годы работы в должности директора: 1949-1966

Крупнейший советский невролог, автор исследований в области изучения прогрессирующих дегенеративных и наследственных заболеваний нервной системы, лауреат Ленинской премии, академик АМН СССР, Вице-президент АМН СССР, с 1948 г. по 1966 г. – директор Институт неврологии. Детально описал гепатолентикулярную дегенерацию, получившую впоследствии название болезнь Вильсона — Коновалова. Дал детальную клиническую, патоморфологическую и патофизиологическую характеристику дегенеративных поражений мозжечка, эпидемического и подострого переднего полиомиелита, бокового амиотрофического склероза, рассеянного склероза. Первым в отечественной литературе описал оливопонтоцеребеллярную дегенерацию, туберкулёзный менингит. Создатель крупной научной школы.

Академик АМН СССР Н.В. Коновалов за микроскопом в своем кабинете

Посещение группой советских ученых (неврологов, нейрохирургов, нейрофизиологов) Клинического центра Национальных институтов здоровья США (Бетесда, ноябрь 1969 г.). Слева направо: Э.И. Кандель, В.М. Угрюмов, А.Н. Коновалов, 6-я слева – И.В. Ганнушкина, далее – А.П. Ромоданов, 6-й справа – В.Е. Смирнов, крайний справа – Е.В. Шмидт.

Николай Васильевич Коновалов родился 15 февраля 1900 г. в Санкт-Петербурге в семье горного инженера. Окончив Петропавловскую гимназию в Москве, он поступил на медицинский факультет Московского университета, который успешно окончил в 1924 г. параллельно с философским отделением филологического факультета. Такая многогранность полученного образования во многом определила глубокий, образный и совершенно неповторимый стиль мышления, выступлений и публикаций Николая Васильевича. Еще студентом Н.В. Коновалов увлекся неврологией, занимался в клинике Ново-Екатерининской больницы под руководством выдающегося русского невролога Л.О. Даркшевича, который быстро оценил незаурядные способности вдумчивого студента. Николай Васильевич на всю жизнь сохранил глубокое уважение к своему первому учителю. Несмотря на столь серьезный характер и увлеченность научными исследованиями, Николай Васильевич в молодости много занимался спортом, в первую очередь, гимнастикой и боксом, неоднократно побеждал в соревнованиях московского значения.

Рис. 1. Коллектив клиники нервных болезней медицинского факультета Московского университета, 1925 г. В центре во втором ряду – Г.И. Россолимо. Четвертый справа в третьем ряду – Н.В. Коновалов, второй справа в верхнем ряду – С.А. Саркисов

После окончания университета Николай Коновалов работал ординатором клиники нервных болезней на Девичьем поле, а затем ассистентом и доцентом кафедры нервных болезней 1-го Московского медицинского института под руководством таких корифеев, как Г.И. Россолимо и Е.К. Сепп (рис. 1).

Уже в эти годы проявились его огромная целеустремленность и блестящие способности к клиническому анализу и серьезной научно-исследовательской работе. Рано открывшиеся выдающиеся качества позволили ему уже в возрасте 34 лет возглавить кафедру нервных болезней 3-го Московского медицинского института.

К этому времени Н.В. Коновалов был самым молодым профессором-неврологом в стране. С 1939 по 1947 г. Николай Васильевич являлся научным руководителем неврологического отделения Центральной клинической больницы Министерства путей сообщения. С 1948 г. и до конца жизни (15 апреля 1966 г.) академик АМН СССР Н.В. Коновалов возглавлял Институт неврологии АМН СССР, одновременно с 1950 г. по 1953 г. он был вице-президентом АМН СССР. Во главе Института Н.В. Коновалов в полной мере проявил свой талант клинициста, глубокого, целеустремленного исследователя и организатора (рис. 2). Блестящий и широко эрудированный ученый-энциклопедист, педагог, организатор науки, имевший два университетских образования (помимо медицинского еще и филологическое), Николай Васильевич олицетворял целую эпоху в отечественной неврологии. Вклад Н.В. Коновалова в развитие Института трудно переоценить. Именно в годы его руководства Институт приступил к изучению нейродегенеративных, цереброваскулярных и демиелинизирующих заболеваний, дыхательных нарушений и критических состояний, а также к созданию и внедрению в неврологическую клинику целого ряда новых для своего времени методов диагностики, лечения и реабилитации. Были созданы хорошо оснащенные лаборатории морфологии центральной нервной системы (ЦНС), электрофизиологии, биохимии, психологии, которые возглавили глубоко эрудированные и широко известные ученые: А.Н. Колтовер, Ф.В. Бассин, Е.А. Жирмунская, Ю.С. Юсевич, А.А. Миттельштедт, Э.С. Бейн и др. Н.В. Коноваловым за два десятилетия была сформирована уникальная научная школа неврологовклиницистов, многие представители которой стали лидерами и даже создателями целых исследовательских направлений как в Институте неврологии АМН СССР, так и далеко за его пределами.

Рис. 2. Обсуждение ангиограмм при клиническом разборе. Второй слева – директор Института Н.В. Коновалов, далее – сотрудник 1-го неврологического (сосудистого) отделения Л.Г. Столярова, заместитель директора по научной работе Е.В. Шмидт, заведующий 1-м неврологическим (сосудистым) отделением З.Л. Лурье. Внизу снимка (спиной к фотографу) – Л.К. Брагина.

В 1949 г. Н.В. Коновалов предложил Е.В. Шмидту должность заместителя директора по научной работе в Институте неврологии АМН СССР, на что Евгений Владимирович дал согласие. Надо отметить, что они с Н.В. Коноваловым были не просто единомышленниками, представителями одной неврологической школы Кожевникова–Россолимо, но и настоящими соратниками и друзьями. Невероятно, но факт: на протяжении 16 лет директор Института и его заместитель сидели и работали в одном кабинете – это, по-видимому, единственный в истории науки пример такого рода (рис. 3)! Степень их психологической совместимости была столь высока, что в одном кабинете им лучше работалось – оперативнее решались многие вопросы, оставалось время для обсуждения научных проблем. Такие отношения между руководителями Института создали основу для формирования удивительно доброжелательной и творческой обстановки в Институте, которая способствовала успешной работе всего коллектива и сохраняется поныне.

Рис. 3. Н.В. Коновалов и Е.В. Шмидт в рабочем кабинете.

Н.В. Коновалов – автор классических работ (включая 6 монографий), вошедших в золотой фонд отечественной неврологии. Две фундаментальные монографии, посвященные изучению гепатолентикулярной дегенерации (1948 и 1960 годов), превратили его в ученого с мировым именем, а сама болезнь стала называться болезнью Вильсона–Коновалова. За монографию «Гепатоцеребральная дистрофия» (1960) Н.В. Коновалов в 1961 г. был удостоен Ленинской премии (рис. 4).

Один из ведущих современных зарубежных ученых, занимающийся большую часть жизни исследованием гепатолентикулярной дегенерации, – Т. Hoogenraad (Нидерланды) с восхищением говорил: «Я не знаю ни одного труда, превосходящего работы Николая Васильевича не только по содержанию, но и по удивительному художественному стилю». Работы Н.В. Коновалова в области изучения гепатолентикулярной дегенерации, удостоенные Ленинской премии и ставшие образцом анализа такой фундаментальной проблемы медицины, как соотношение патологии внутренних органов и ЦНС, являются уникальными по обширности использованного фактического материала, глубине и тщательности анализа клинических и гистопатологических данных, непревзойденному мастерству изложения.

Рис. 4. Чествование Н.В. Коновалова в Институте неврологии в связи с присуждением ему Ленинской премии (1961 г.). В президиуме (слева направо): Н.В. Коновалов, президент АМН СССР Н.Н. Блохин, Е.В. Шмидт

Свойственная Н.В. Коновалову широта клинических интересов нашла отражение в его трудах, посвященных рассеянному склерозу, хроническому эпидемическому энцефалиту, полиомиелиту, коревому менингоэнцефалиту, грибковому менингиту, нарушениям мозгового кровообращения, поражению нервной системы при лимфогранулематозе, опухолях головного мозга и других патологиях. Разносторонние познания в нейрогистологии позволили Н.В. Коновалову внести большой вклад в изучение фундаментальных механизмов деятельности нервной системы.

Так, в монографии «Патология и патофизиология мозжечка» (1939) им не только дано одно из наиболее заметных в мировой литературе описаний оливопонтоцеребеллярной атрофии, но и с помощью анализа структурно-функциональной организации мозжечка обосновано его влияние на функционирование коры больших полушарий и подкорковых узлов.

Всех, кто работал под руководством Николая Васильевича, покоряли его глубокое проникновение в проблему, тонкий клиницизм, наблюдательность, необыкновенная эрудиция. В работе он был строг: не терпел поверхностности, лени, плохого знания научной литературы, а уж тем более невнимательности по отношению к больным.

По воспоминаниям сотрудников, каждый его обход становился незабываемым событием. Осмотр больного он проводил очень тщательно и одновременно с элементами артистизма, присущего всей его натуре. Когда же дело доходило до заключительного диагноза, аудитория замирала, впитывая и стараясь запомнить каждое слово мэтра: на присутствовавших обрушивался яркий поток логических построений, включавших собственный опыт и обширные данные литературы, часть из которых он цитировал наизусть, нередко с указанием даже года издания и страницы. Николай Васильевич был необыкновенно красноречив и в совершенстве владел даром полемики, часто на клинических разборах вступая в дискуссии с маститыми профессорами (что уж говорить о рядовых сотрудниках), а его увлеченность буквально зажигала слушателей.

Будучи на редкость интеллигентным и гуманным человеком, Николай Васильевич отличался кристальной честностью, бескомпромиссностью. Когда в 1952 г. разразилось «дело врачей», Н.В. Коновалов оказался одним из немногих людей, которые не подписали письмо, заклеймившее несправедливо осужденных выдающихся деятелей медицинской науки. Можно только представить, чего ему это стоило и чем грозило! Когда на фоне этой волны была уволена с кафедры 1-го Медицинского института известнейший детский невролог, один из авторов знаменитого учебника по нервным болезням профессор М.Б. Цукер, Николай Васильевич без колебаний принял ее в штат Института неврологии в качестве заведующей поликлиническим отделением (впоследствии она работала с Н.И. Гращенковым на кафедре нервных болезней Центрального института усовершенствования врачей). В марте 1953 г. фамилия Н.В. Коновалова была в числе фамилий ведущих советских врачей и ученых, представивших официальное заключение о смерти И.В. Сталина.

Николай Васильевич в совершенстве знал несколько языков: английский, немецкий, французский, итальянский, испанский; он в подлиннике читал труды древних философов на греческом и латыни. Столь уникальная эрудиция сказывалась не только в научных работах Николая Васильевича, она делала его необычайно интересным собеседником, который всегда мог процитировать не только русскую классику, но и лучшие иностранные произведения разных лет.

Один из сыновей Николая Васильевича – Александр Николаевич Коновалов достойно продолжил врачебную династию. Он стал всемирно известным нейрохирургом, директором Научно-исследовательского института (НИИ) нейрохирургии им. акад. Н.Н. Бурденко РАМН, академиком, первым в новейшей истории страны Героем Труда Российской Федерации, гордостью отечественной медицины. Интересно, что Коновалов-сын тоже прошел школу Института неврологии: по его рассказам, на старших курсах медицинского института он часто приходил к отцу в Институт на клинические конференции (разборы больных), неизменно восхищаясь умением Николая Васильевича провести артистический клинический анализ и на основании тончайших деталей поставить диагноз.

Сегодня труды и образ Н.В. Коновалова продолжают вдохновлять молодых исследователей, которые успешно развивают различные направления современной неврологии, с уважением сохраняя заложенные им традиции.